Честь – норма жизни
О судьбе последнего тверского губернатора Российской империи Н.Г. Бюнтинга
Кем он был – Николай Георгиевич фон Бюнтинг, человек с явно немецкой фамилией, он же – первая жертва февральской революции? О нём известно пока немного. Личность Бюнтинга не имела своего исследователя, а его формулярный список о службе был долгие годы на секретном хранении. К слову сказать, для наших кадровых служб формулярные списки могут служить образцом ведения личных дел государственных служащих. Личный архив Бюнтинга и его супруги Софьи Михайловны Бюнтинг, урождённой баронессы Медем, остался в Твери. Его сохранили руководители Тверской учёной архивной комиссии, непременным попечителем которой был губернатор с 1907 года. Интересно заметить, что тверской музей и архив занимали западное крыло Тверского императорского дворца (18 комнат), который был резиденцией тверских губернаторов с 1897 года. В 30-е годы архив Бюнтингов забирали в Москву, там его «просеяли» и в 50-е годы вернули в госархив Тверской области.
Бюнтинги – потомственные дворяне Псковской губернии, землевладельцы Псковского уезда, их имение находилось вблизи исторического Изборска, недалеко от Печор.
Родился Н.Г. Бюнтинг 15 июля 1861 года. В 1883 г. закончил Императорское училище правоведения (Санкт-Петербург). Выпускник училища был удостоен чина десятого класса (титулярный советник), награждён золотой медалью. Здесь стоит сказать несколько слов об училище правоведения. Это перворазрядное закрытое учебное заведение, куда принимались дети только потомственных дворян, учреждённое в 1835 г. «для образования благородного юношества на службу по судебной части». Устав училища разрабатывался при участии М.М. Сперанского, лучшего администратора XIX века. В привилегированном учебном заведении учились семь лет. По окончании курса воспитанники обязаны были прослужить шесть лет в ведомстве министерства юстиции.
Николай Бюнтинг показал отличные знания по всем главным предметам: право – церковное, римское, гражданское, торговое, уголовное и государственное, гражданское и уголовное судопроизводство; история римского права; энциклопедия законоведения; по предметам вспомогательным: международное право, судебная медицина, полицейское право, политическая экономия, законы о финансах, история вероисповеданий, история философии. Одинаково хорошо владел русским, немецким и французским языками.
Императорское училище правоведения закончили многие выдающиеся и известные государственные и общественные деятели России. Среди них – К.П. Победоносцев. Интересно, что многие воспитанники училища (не студенты – воспитанники), по окончании получившие довольно высокие чины IX-X классов, стали композиторами, поэтами, писателями, литературными и музыкальными критиками, учёными: И.С. Аксаков, А.Н. Апухтин, В.О. и М.Е. Ковалевские, В.В. Стасов, А.Н. Серов, П.И. Чайковский. Будущий поэт А.Н. Апухтин, учившийся вместе с будущим великим композитором П.И. Чайковским, писал в 1877 г.: «Ты помнишь, как забившись в «музыкальной»/Забыв училище и мир/Мечтали мы о славе идеальной…/Искусство было наш кумир…» Другие пристрастия не мешали большинству из упомянутых быть хорошими чиновниками. Так, П.И. Чайковский добросовестно и честно стремился быть по возможности самым лучшим учеником, как впоследствии старался быть хорошим чиновником министерства юстиции. Два элитных учебных заведения России, готовивших кадры для высоких государственных должностей, — Царскосельский (Александровский) лицей и училище правоведения – взрастили первого поэта России А.С. Пушкина, блестящего дипломата и министра А.М. Горчакова, великого композитора и музыканта П.И. Чайковского и других.
Будущие тверские губернаторы А.П. Бакунин (учился вместе с А.С. Пушкиным), Н.Д. Голицын (ставший в 1916 г. сенатором), П.А. Слепцов (предшественник Н.Г. Бюнтинга, убитый в марте 1906 г.), вице-губернатор М.Е. Салтыков-Щедрин – выпускники Царскосельского лицея. Императорское училище правоведения заканчивали князь А.А. Ширинский-Шихматов, тверской губернатор в 1903-1904 гг., тоже ставший сенатором, и Н.Г. Бюнтинг, начальник Тверской губернии с 1906 г. и до дня упразднения института губернаторства в марте 1917 г.
Некоторые экскурсы в историю подготовки кадров в России мною сделаны только для того, чтобы не говорить долго, какой человек был назначен императором Николаем II и правительствующим сенатом на должность тверского губернатора и в какой высокодуховной атмосфере и национальном духе формировалось нравственное кредо Н.Г. Бюнтинга, будущего государственника: честь и самоотверженное служение Отечеству.
Коротко о его государственной службе. Выпускник училища правоведения прослужил шесть лет в министерстве юстиции и в правительствующем сенате. Через шесть лет Н.Г. Бюнтинг был переведён на службу в министерство внутренних дел сначала чиновником особых поручений, а затем секретарём канцелярии министра внутренних дел. 26 сентября 1897 г. Н.Г. Бюнтинг назначен курским вице-губернатором.
В гражданской службе Н.Г. Бюнтинг с чина титулярного советника поднялся до действительного статского советника. Но кроме гражданской должности Н.Г. Бюнтинг имел и должность придворную (последовательно: камер-юнкер, церемониймейстер, гофмейстер двора его императорского величества).
В январе 1903 г. Н.Г. Бюнтинг вызывается в министерство внутренних дел для участия в работах по губернской реформе и преобразованию губернского управления. 10 мая 1904 г. Н.Г. Бюнтинг назначается архангельским губернатором, а с 8 ноября 1905 г. – эстляндским губернатором. Согласно прошению Н.Г. Бюнтинг 21 января 1906 г. уволен от должности эстляндского губернатора и причислен к министерству внутренних дел. 15 апреля 1906 г. Н.Г. Бюнтинг назначается тверским губернатором.
В Тверь Н.Г. Бюнтинг прибыл в 45-летнем возрасте с 29-летней женой и тремя маленькими детьми. В Твери родились ещё две дочери. Пять дочерей было в семье Бюнтингов – Мария, Екатерина, Регина, Маргарита и София. Губернатор жил со своей семьёй в Тверском императорском дворце, получал жалованье в 10000 рублей.
Н.Г. Бюнтинг наиболее ярко проявил себя как личность, будучи начальником Тверской губернии. Он был награждён орденами Белого Орла, Святого Владимира 2-й, 3-й и 4-й степеней, Святой Анны I степени и Святого Станислава I степени. Был членом многих обществ в Твери: в 1907 г. утверждён почётным членом Тверской учёной архивной комиссии, в 1910 г. избран почётным членом Тверского благотворительного общества «Доброхотная копейка», в 1911 г. – почётным членом Тверского православного Братства благоверного князя Михаила Ярославича, а в Вышнем Волочке избран почётным членом пожарного общества, в Старице и Торжке – почётным членом общества хоругвеносцев, в Кашине – почётным членом православного Братства святой благоверной княгини Анны Кашинской. Н.Г.Бюнтинг, его жена и дети были православного исповедания и глубоко верующими. Кумиром в их семье была великая княгиня Елизавета Фёдоровна, молитвенница за землю Русскую, основательница и настоятельница Марфо-Мариинской обители в Москве, сестра императрицы Александры Фёдоровны, бывшая супруга великого князя Сергея Александровича Романова, московского генерал-губернатора, убитого в 1905 г. эсером И.П. Каляевым. Сохранились фотографии великой княгини с дарственными надписями семье Бюнтингов. Старшая дочь Бюнтинга Мария в 1909 г. в возрасте 10 лет оставила запись в дневнике: «Я хочу во всём подражать Елизавете Фёдоровне, хочу быть монахиней…скорее начать образ жизни святых мучеников». Недолго пришлось ждать Марии тех дней.
Губернатор Н.Г. Бюнтинг исполнял свой долг присяги царю и служения Отечеству до последнего часа жизни, пока утром 2 марта 1917 г. не был схвачен толпой за рабочим столом во дворце. Всю ночь губернатор не спал, приводил в порядок документы. Он отказался сдать дела вновь созданному «комитету общественной безопасности», а самому куда-нибудь с семьёй скрыться от смертельной опасности. Губернатор остался в городе, отказался признать комитет, но уже ничего не в силах был сделать против него и послал Николаю II телеграмму: он исполнил свой долг до конца, лишь бы жила Россия и благоденствовал царь! Но эта телеграмма не дошла куда нужно, так как самого императора не впустили в Санкт-Петербург, а задержали на псковской станции Дно. Какое странное совпадение исторических событий: в одну и ту же ночь с 1 на 2 марта 1917 г. два человека должны были принять последние решения в своей жизни: император – отречься от престола, а тверской губернатор – принять смерть. Оба исполнили свой долг достойно. Н.Г. Бюнтинг принял мученическую смерть – разъярённая толпа растоптала его ногами. Шинель с него сняли и бросили красной подкладкой вверх…Именно этот момент особенно запомнился очевидцам трагедии. Красное – как кровавый укор.
По своим убеждениям Н.Г. Бюнтинг был сторонником монархии, крепкого государства. «Не в мятежах и народных волнениях, не от чуждых России форм народоправства и не от непризнанных народом деятелей ждёт оно спокойствия и блага Родине, но только от Вас, самодержавный Государь», — писал императору в своём первом отчёте за 1904 г. архангельский губернатор Н.Г. Бюнтинг. Он не раз безуспешно ходатайствовал об освобождении его от должности губернатора и назначении в правительствующий сенат. Последнее прошение датировано им 17 февраля 1917 г., за несколько дней до гибели.
Судя по сохранившейся переписке и числу корреспондентов, у Бюнтингов был обширный круг родственников и знакомых. Софья Михайловна Бюнтинг с 1906 г. возглавляла в Твери благотворительное общество «Доброхотная копейка», была попечительницей Серебряной общины сестёр милосердия и действительным членом местного управления Российского общества Красного Креста. В её архиве имеется письмо писателя Д.С. Мережковского и письмо Зинаиды Гиппиус (Мережковской).
Бюнтинги были представителями русского «серебряного века», воспитанные на лучших традициях «золотого» XIX века, для которых благородство, честь, долг были нормой жизни.
Лариса Сорина, газета «Тверские ведомости» (№100 за 1998 г.).
