Верхневолжский Калейдоскоп

КРАЕВЕДЧЕСКИЕ ЗАРИСОВКИ

Краеведы ЦГБ им. А.И. Герцена проводят большую исследовательскую работу по выявлению документов об исторических, архитектурных и культурных объектах Твери. Результатом их работы становятся библиографические, биобиблиографические очерки, указатели, статьи.


Пошел я от Спаса святого златоверхого..

Уроженец Тверской земли Афанасий Никитин прославил себя и свою малую Родину беспримерным «хожением» в неведомую и загадочную страну Индию. Составленные тверским купцом путевые заметки «Хожение за три моря» — уникальный литературный памятник 15 века

В Индии русский путешественник особенно интересовался тем, что производит, продает и покупает страна, религиозными и бытовыми особенности жизни индусов. В своих записках он перечисляет товары, большие приморские торговые города и крупные ярмарки.

Разъезжая по городам Индии, тверской купец собирал также сведения о далеких и неизвестных ему странах, о состоянии и численности войска шаха, его военных походах.

Большой знаток русских исторических источников Николай Михайлович Карамзин оценил значение записок Афанасия Никитина «Хожение за три моря», принадлежащих к числу лучших творений древнерусской литературы. «Доселе — писал он в своей «Истории государства Российского», — географы не знали, что честь одного из древнейших описанных европейских путешествий в Индию принадлежит России Иоаннова века… что индийцы слышали о ней (т.е. о России.) прежде, нежели о Португалии, Голландии, Англии».

«Хожение за три моря» переведено на многие языки мира. Его автор входит в число известных путешественников, оставивших значительный след в истории географических открытий эпохи средневековья.

Информационно-библиографический отдел подготовил видеоролик «Пошел я от Спаса святого златоверхого…», посвященный путешествию тверского купца «за три моря».


Память сквозь века

    23 августа 2022 года исполняется 150 лет со дня рождения Андрея Николаевича Коняева. Имя этого человека вошло в историю города Твери как педагога и благотворителя.
   В нашем общественном понимании меценат — это человек, жертвующий на благие цели значительные суммы. Однако для личности почетного гражданина Твери, неутомимого энтузиаста Андрея Николаевича Коняева рамки этой формулировки явно узки. Предприниматель и общественный деятель, директор учебного заведения и педагог, Коняев жертвовал на благие цели не только деньги, но и собственный труд.
   Его отец — Николай Андреевич Коняев —  один из основателей мукомольной мельницы «Торгового дома братьев Коняевых», купец 2-й гильдии. Мать – Пелагея Николаевна.
   Андрей успешно окончил начальную школу и Тверское семиклассное реальное училище, после чего в 1890 году поступил в Московское Императорское высшее техническое училище. За особые успехи в постижении наук Политехническое общество при училище избрало Андрея Коняева своим действительным членом.
  Получив диплом инженера-механика, Андрей Николаевич возвратился в Тверь на свое семейное предприятие, которое теперь называлось «Товарищество паровой мукомольной мельницы братьев Коняевых». Тогда, в 1896 году его отца уже не было в живых. Брат Сергей Николаевич и дядя Алексей Андреевич поручают ему пост технического руководителя предприятия.
  Стремясь модернизировать производство и улучшить условия труда мукомолов, «Товарищество паровой мукомольной мельницы братьев Коняевых» при непосредственном участии инженера Андрея Коняева установило на мельнице одну из первых в Твери электростанций, посредством которой освещались цеха и подсобные помещения.
   Одновременно с работой на мельнице Андрей Николаевич с 1897 года  начинает свою «добровольную» (без оплаты) педагогическую деятельность. Он преподает физику, черчение, технологию металлов и дерева в четвертом (старшем) классе Ремесленного училища, организованного благотворительным обществом «Доброхотная копейка», и вскоре становится членом этого общества.
   Газета «Тверские губернские ведомости» от 17 июня 1897 года писала:  «Нельзя не отметить горячего участия, совершенно бескорыстного и лишь в целях высокогуманных и просветительских, какое в последнее время лично принял на себя инженер-механик А.Н. Коняев в деле обучения воспитанников ремесленного училища черчению и ознакомлению их с химией, физикой и механикой. Кроме того, недостаток училища в приборах и учебниках по этим предметам добрый учитель пополнил из своих средств».
   Училище с 1891 года переведено  в отремонтированное помещение богадельни, которая располагалась на Татарской горке близ Смоленского кладбища. Учитывая растущую потребность губернии в специалистах, попечительский совет училища решил в 1897 году строить новое здание для классов и мастерских.
   Инженер Андрей Коняев безвозмездно занимался организацией строительных работ нового здания и пожертвовал на создание нового корпуса тысячу рублей. Андрей Николаевич также приобрел для училища на собственные средства оборудование физического кабинета и керосиновый двигатель, который использовался в качестве наглядного пособия.
  Ввиду материальных трудностей, связанных с содержанием ремесленного училища, общество «Доброхотная копейка» решило преобразовать его в «Школу ремесленных учеников», поскольку таким школам полагалась ежегодная государственная субсидия.
   Строительство нового здания школы было завершено в феврале 1900 года и 6 февраля было освящено православной церковью.
   Учитывая растущее педагогическое мастерство Коняева, попечитель Московского учебного округа 13 марта 1899 года назначил Андрея Николаевича учителем-техником. А 24 декабря 1899 года Коняев был награжден орденом святого Станислава 3-й степени «за воздание особых трудов и заслуг перед Тверским благотворительным обществом «Доброхотная копейка».
   Позже заслуги Коняева также оценивались награждениями орденом святого Станислава 2-й степени, орденами святой Анны 3-й и 2-й степени, орденом святого Владимира 4-й степени, а после революции в октябре 1917 года – объявлениями благодарностей от советских органов.

   29 октября 1900 года в жизни Андрея Николаевича Коняева произошло  знаменательное событие. В этот день он обвенчался с Елизаветой Аваевой, дочерью известного благотворителя, купца 1-й гильдии Василия Гавриловича Аваева. Венчание происходило в приходской церкви семьи Коняевых – Ильинской. Таким образом, породнились династии известных тверских купцов и меценатов. У Андрея и Елизаветы родились четыре дочери — Вера, Серафима, Нина и Елизавета.

   Несмотря на то, что Школа ремесленных учеников располагалась теперь в новом здании с электрическим освещением, для нее в начале двадцатого века наступили не лучшие времена. Дело в том, что ввиду изменения статуса срок обучения в заведении был сокращен с четырех лет до трех. Это привело к резкому снижению уровня технической подготовки выпускников, который теперь не устраивал работодателей, сокративших, в свою очередь, материальную поддержку школы.
   Понимая, что престиж школы могут спасти лишь экстренные меры, Андрей Коняев, уже утвержденный в должности учителя-инспектора, обращается к директору народных училищ Тверской губернии Добровольскому с предложением преобразования Школы ремесленных учеников в Низшее техническое училище. Но такого преобразования на деле Андрею Николаевичу удалось добиться лишь в 1909 году. И директором  Тверского низшего технического училища был назначен Коняев,  а позже — председателем строительной комиссии по строительству и переустройству помещений училища.
   Под его непосредственным руководством были расширены и надстроены мастерские, построен жилой дом для преподавательского состава, где в более поздние годы довелось жить и самому Андрею Николаевичу.

   При Коняеве Тверское низшее техническое училище стало одним из самых престижных учебных заведений Тверской губернии. 
   Помимо деятельности в стенах возрожденного им учебного заведения меценат и просветитель участвовал также в работе различных попечительских советов. Например,  24 ноября 1897 года Андрея Николаевича назначили почетным членом Тверского губернского попечительства о детских приютах. Позже его избрали членом попечительского совета, председателем попечительского совета Женского коммерческого училища. Он работал в комиссии, разрабатывающей постановления, касающиеся отдыха служащих торговых и ремесленных учреждений, был введен Городской думой в состав комиссии по работе городских школ.
   По благословлению архиепископа Тверского и Кашинского Алексия он стал председателем православного Общества организации путешествий учащихся Тверского реального училища и церковным старостой Храма во имя Николая Угодника при Тверском юнкерском кавалерийском училище. А с конца 1914 года Андрей Николаевич – староста Тверского кафедрального Спасо-Преображенского собора.
   Андрей Николаевич был организатором школьных елочных праздников с обязательным угощением и подарками. Одним из первых педагогов включил в образовательную программу выезды учащихся на различные загородные экскурсии. Организовывал  самодеятельные благотворительные концерты. Он превращал в праздники посадку деревьев и благоустройство школьных двориков, организовывал бесплатные обеды для учеников из малообеспеченных семей и сборы средств для нуждающихся.
   На собственные средства Коняев открыл в 1908 году при Сомовском училище курсы по черчению и рисованию, за что получил благодарность от Городской думы.
   Являясь председателем попечительского совета Тверского женского коммерческого училища и желая сократить расходы города на содержание этого учебного заведения, он принял на себя расходы в сумме 645 рублей по приобретению люстры и бра для актового зала училища.
    Андрей Николаевич жертвовал личные средства и на нужды Тверского низшего технического училища, директором которого он являлся. Например, в 1909-м году училище получило от него 3765 рублей. Средства эти расходовались на погашение долгов по общежитию для учащихся и самому училищу, на материальное поощрение служащих, на приобретение инструмента, на материальную помощь малообеспеченным учащимся, на ремонт, на организацию торжественных мероприятий и т. д.
   Андрей Коняев принимал участие и в коллективных благотворительных акциях, традиционных для Твери. Так, в день празднования Святой Пасхи после праздничного богослужения в Спасо-Преображенском кафедральном соборе все именитые и состоятельные люди под началом губернатора Сомова отправлялись в Дворянское собрание. Там каждый пришедший клал на стол сумму не менее пятидесяти рублей, губернатор же – сто пятьдесят рублей. Малая часть этих денег расходовалась на разговение после Пасхи, остальные же передавались обществу «Доброхотная копейка» на благотворительные цели. Также в канун больших церковных праздников в городе собирались пожертвования на помощь несостоятельным семьям и на приданое бедным невестам.

   В 1912 году в Санкт-Петербурге на добровольные пожертвования были построены и спущены на воду шесть товаро-пассажирских пароходов. Один из них назывался «Тверь». Тогда Коняеву вместе с несколькими другими жертвователями было доверено вручить команде судна иконы небесных покровителей
   Твери: князя Михаила Ярославовича Тверского и епископа святого Арсения.
   Когда в 1913 году вся Россия отмечала трехсотлетие Дома Романовых, в Твери решено было построить по этому случаю храм во имя Воскресения Господня при Христорождественском девичьем монастыре. Сам Николай II пожертвовал на строительство 1500 рублей и лично прибыл на освящение церкви. Почетное право встречать Государя с хлебом-солью было предоставлено городскому голове Арефьеву и гласному думы, известному благотворителю Андрею Николаевичу Коняеву.
   Гласным Тверской Городской думы граждане Твери избирали Андрея Николаевича вплоть до роспуска думы в 1918 году. Кроме того, собрание Тверского уезда избирало Коняева почетным мировым судьей. Избирался Коняев также членом городской управы, представителем Твери в совете Тверского историко-археологического музея, директором тюремного комитета.

   Когда в 1914 году началась Первая мировая война, Коняеву было поручено координировать выполнение на тверских предприятиях военных заказов. Он принимал участие в работе комиссии Городской думы по урегулированию цен и помощи семьям призванных на войну. В эти годы он прослыл горячим сторонником борьбы с пьянством, буквально захлестнувшим воюющую Россию. Госсовет России даже вынужден был тогда выделить на организацию борьбы с пьянством десять миллионов рублей, а царя Николая II просили ввести полный запрет на продажу спиртных напитков. Однако царь поручил окончательное решение этого вопроса органам местного самоуправления. Известно, что Коняев добивался в думе принятия запрета торговли спиртным не только в военное время, но и «…вообще навсегда!».
   В тяжелые военные годы Городская дума выделила Тверскому низшему техническому училищу 852 рубля на стипендии нуждающимся. В это же время, стремясь сбить рост цен на продукты и оказать тем самым помощь беднейшим тверитянам, Товарищество братьев Коняевых продает городу 7000 пудов хлеба по заниженной цене.
   Когда в 1917 году рабочих по всей стране пытались провоцировать на забастовки, Андрей Николаевич, стремясь не допустить конфликта на мукомольной мельнице, в ущерб интересам правления, полностью удовлетворил требования рабочих активистов.
   В июле 1917 года Тверское низшее техническое училище было преобразовано в Среднее техническое училище по механической и архитектурной специальности. Директором училища был снова назначен Андрей Коняев. Продолжал руководить учебным заведением Андрей Николаевич и с приходом советской власти. Педагогический совет избирает его в 1919 году председателем президиума теперь уже Тверского механико-строительного техникума. Наработанная им база учебного заведения — литейный и кузнечный цехи, столярные и слесарно-механические мастерские — давала возможность не только осуществлять высокую профессиональную подготовку учащихся, но и иметь доходы от реализации заказов, которые в свою очередь шли на пополнение оборудования.
   Страшный урон детищу Коняева нанесла Великая Отечественная война. Пожар, произошедший во время оккупации Калинина немецко-фашистскими войсками, оставил от зданий техникума лишь обгоревшие стены. Но вскоре после освобождения Калинина начинается восстановление учебного заведения. В числе первых на работу в техникум был зачислен тогда Андрей Николаевич Коняев.
   На территории техникума в первую очередь возрождаются производства, способные выполнять фронтовые заказы. В феврале 1942 года в здании общежития начинаются занятия, а в его полуподвале учащимся выдают бесплатные обеды. В эти тяжелые для города дни Андрей Николаевич не только работает в техникуме, но и помогает в восстановлении давно национализированной Коняевской мельницы.
   Преподавая электротехнику учащимся второго, третьего и четвертого курсов, Андрей Николаевич вырабатывает во время войны более тысячи учебных часов в год, а также ездит в столицу за новым оборудованием.
   Умер Андрей Николаевич Коняев 28 октября 1944 года на работе  в перерыве между занятиями.
   В 2002 году Тверской политехнический техникум был преобразован в индустриально-экономический колледж имени А.Н. Коняева, в январе 2007 года переименован в Тверской колледж имени А.Н. Коняева.

Источники:

  1. Ротермель, Б.Н. Андрей Николаевич Коняев. Тверской подвижник образования / Б.Н. Ротермель. — Тверь : Тверская областная типография, 2002. — 43 с.
  2. Записки тверских краеведов / ред. кол. Н.М. Бодашков и др. — Тверь : Русская провинция, 1997 — . Вып. 2. — 2000. — 60, [4] с.
  3. Ротермель, Б.Н. Династия купцов Коняевых / Б.Н. Ротермель. — Тверь : Научная книга, 2007. — 79, [1] с.
  4. Финкельштейн, В.Б. Летопись Твери / В.Б. Финкельштейн ; Археографическая комиссия Российской Академии наук [и др.]. — Тверь : РИФ ЛТД, 1996. — 527 с.
  5. Гордость земли Тверской / [науч. ред. В.И. Лавренов]. — Тверь : Алексей Ушаков и К’, 2014. — 204, [3] с.
  6. Тверской мелькомбинат: из прошлого в будущее : историко-публицистический очерк / под общей редакцией С.С. Потапова. — Тверь : Алексей Ушаков и К’, [2004]. — 86 с.

Калинин – «джинсовая столица» СССР.

После Олимпиады 1980 г. в Москве некоторые западные фирмы захотели обосноваться на советском рынке, например, финские и итальянские. Так итальянские бизнесмены появились г. Калинине. Они искали производственную площадку для изготовления джинсовых брюк.

Калининская швейная фабрика специализировалась на выпуске мужской готовой одежды — костюмов, брюк, пиджаков. Кроме этого здесь выполняли спецзаказы для министерства обороны.

1983 г. Цех № 1, джинсовый поток. Идет проверка качества (слева направо) инструктор производственного обучения цеха Кулькова Е., начальник ОТК Макарова Л.М., заместитель начальника ОТК Ягольникова М.В., инструктор производственного обучения цеха Лапина В.И., контролер ОТК Изотов В.И., переводчица и итальянский специалист Джузеппе.Большую, а может быть и главную роль в том, что итальянские бизнесмены выбрали Калининскую швейную фабрику для организации производства джинсовых брюк, сыграла главный инженер фабрики Галина Михайловна Крюкова. Она встретилась с итальянскими специалистами и убедила их сделать ставку именно на это предприятие. Это ее предвидение, настойчивость, талант руководителя позволил Калининской швейной фабрике стать первым предприятием в СССР по выпуску джинсовых брюк. Когда Тверь еще была Калинином, древнее имя нашего города уже гремело на всех просторах бесконечного СССР. Всякий молодой человек знал, что «Тверь» — это советские джинсы. Название «Тверь» придумали работники фабрики. Для этого на фабрике организовали конкурс на лучшее название. Так появилась марка джинсов «Тверь».

В 1980-1981 гг. на Калининской швейной фабрике один из цехов, цех № 1, переоборудовали для запуска джинсовых брюк из импортной ткани на отечественном оборудовании. Технологи сделали разделение труда, описали все операции, сделали распланировку, оборудовали рабочие места. И цех приступил к изготовлению джинсовых брюк, юбок. Ткань использовали импортную, фурнитура поставлялась с отечественных предприятий. Этот ассортимент пользовался повышенным спросом у покупателей.

По качественным и количественным показателям коллектив цеха убедил руководство, что ему можно доверить производство джинсовых брюк на импортном оборудовании.

В 1982 году началось техническое перевооружение фабрики. Для того, чтобы фабрика смогла выпускать новую продукцию, была закуплена лицензия итальянской фирмы «Малифичио Кальцифичио Торинезе С.п.А.». Лицензия включала в себя высокопроизводительное оборудование, технологию производства джинсовой одежды, конструкцию джинсовых брюк и юбок 5-8 моделей. Кроме того, итальянцы должны были обучить советских специалистов, произвести наладку оборудования и поставлять ткань и фурнитуру.

Параллельно с выпуском джинсовой продукции на отечественном оборудовании шла подготовка к приему импортного оборудования. Цех отремонтировали, сделали наливные полы, на окна сшили нейлоновые занавески цвета молодой травы.

Для рабочих изготовили нейлоновые рабочие халаты приятного серого цвета, мастера получили халаты синего цвета, начальник цеха – коричневого. Это было необходимо, т.к. джинсовая ткань очень сильно красила руки, лица рабочих и мастеров. Чтобы не было раздражения на коже рук от частого мытья, работников цеха снабжали глицериновым мылом, кремом.

В начале 1983 г. начальника джинсового цеха и специалиста из службы главного инженера направили на обучение в Италию на фирму «Риорда», где шили джинсовые брюки и другой ассортимент. Фирма находилась недалеко от г. Турина. Специалисты Калининской швейной фабрики знакомились с производством, разговаривали с рабочими, инженерами, руководителями проекта. Как любой профессионал, они очень быстро нашли с работниками производства общий язык, понимали друг друга даже без переводчика.

Вникали во все мелочи, стояли у каждой работницы, описывали все их приемы: где у нее лежат детали, как она их берет, куда кладет и т.д. Из таких мелочей складывается продолжительность операции. Это очень важно для производства.

По приезду в Калинин на расширенном совещании инженерно-технических работников и руководства фабрики был заслушан отчет о поездке. На основании отчета были разработаны мероприятия для исполнения всеми службами и внедрения их в производство.

На фабрике поступающее новое оборудование устанавливали взамен старого, проводили обучение работников с помощью прибывших специалистов из Италии. Такого высокопроизводительного автоматизированного оборудования в Калинине тогда не знали. Каждые двадцать секунд с конвейера должна была сходить готовая пара джинсов. Но очень быстро, к удивлению итальянцев, швейники освоили новое оборудование, стали выполнять и перевыполнять нормы выработки, выпускать джинсы высокого качества. На страже качества стоял фабричный отдел технического контроля и итальянские специалисты. Огромную роль в успешном освоении нового ассортимента сыграли и моральные стимулы. Чувствовать, что ты выпускаешь остромодную продукцию, такую нужную для народа продукцию, было престижно, вызывало определенную гордость.

Ткань для джинсов поступала из Индии, Греции, ФРГ, фурнитура — из Италии, нитки – из Иваново. Ткань по качеству отличалась друг от друга. Например, джинсовая ткань из Греции была очень жесткой. В процессе производства джинсы необходимо было вывернуть с изнанки налицо. Из-за жесткости ткани у работниц при выполнении этой операции сильно болели руки. Фабричные изобретатели придумали устройство, с помощью которого выполнить операцию стало намного проще и легче.

В 1980-х гг. Калининская швейная фабрика испытывала дефицит кадров, не хватало рабочих основной специальности – швей. Но джинсовую линию постарались укомплектовать, в основном за счет учащихся ГПТУ № 2. Заработная плата работников почти не отличалась от средней заработной платы по фабрике. Правда, премии за выпуск новинки получали неплохие.

В мае 1983 г. первая партия калининских джинсов поступила в продажу. Ажиотаж стоял невероятный. В Калинин за джинсами ехали со всего Советского Союза. Некоторые известные люди приезжали прямо на фабрику, чтобы приобрести джинсы. Например, приезжал народный артист СССР Юрий Владимирович Никулин.

В магазине «Мужские костюмы» на площади Капошвара очередь вытягивалась на сотни метров, иногда приходилось даже останавливать движение транспорта.

На освоение проектной мощности ушло полгода, джинсов стали производить не миллион пар, как планировалось, а миллион сто тысяч. И все равно их не хватало.

Даже сами швейники с трудом могли купить джинсы. В цехах и других подразделениях фабрики составлялись списки желающих и через фабричный комитет устанавливали очередность. Приходилось ждать, когда подойдет твоя очередь.

Стоимость джинсов была приемлемой – 45 рублей, в несколько раз ниже, чем у спекулянтов.

В первой половине 1980-х гг. джинсовая мода в мире не стояла на месте.

Впрочем, этот ажиотаж не отменял того факта, что во всем остальном мире в первой половине 1980-х джинсовая мода не стояла на месте. Классические джинсы уходили в прошлое, появились джинсы с эффектом старения (технология «stone wash»).

Кроме того, в моду стремительно входили модели новых форм и расцветок – «бананы», «бермуды», «стрейчи». Конечно, джинсы «Тверь» пыталась конкурировать с веяниями моды: на прилавках магазинов появились стиранные джинсы, джинсы новых моделей.

В 1986 году фабрика закупила и установила еще две технологические линии – по пошиву джинсовых юбок и курток, которые пользовались спросом у покупателей.

К концу 1980-х гг. на советский рынок хлынули дешевые джинсы из Китая и Турции, конкуренцию с которыми джинсы «Тверь» не выдержали (из-за цены).

Но как бы то ни было, именно в Калинине (Твери) в 80-е гг. прошлого века наладили промышленный выпуск первых и единственных в истории джинсов советского производства. А Калинин стал «джинсовой столицей» СССР, хотя и неформальной.

Источники: Воспоминания бывшего начальника «джинсового» цеха Т.А. Смирновой.